Мы обрабатываем персональные данные в соответствии с Общим регламентом ЕС об обработке персональных данных (GDPR). Более подробная информация доступна в Политике конфиденциальности. Компания Cofrance SARL использует файлы cookie для правильного функционирования данного веб-сайта, индивидуального подбора контента в социальных сетях и сбора анонимной статистики о пользователях с помощью службы Яндкс Метрика для повышения удобства использования нашего веб-сайта.
+33 629-961-135
54 Rue de France, Nice
Роды в Ницце
присоединяйтесь к нам:
Мск: +74954813905 Спб: +78123091786
Киев: +380443921436
Алматы: +77273495174
НиццаНицца: +33629961135
Тель-Авив: +97233741152
Сингапур: +6531591006
Сидней: +61283171135
Нью-Йорк: +19292141225

«Я не помню точной формулировки»...Глазами будущего папы


Я не помню точной формулировки. «У нас будет ребенок» или «я беременна», – что-то в этом роде. Но помню, как после этого мне дали какую-то крохотную бумажную полосочку, как будто она что-то должна была мне объяснить. Спустя секунд пять, я опомнился, изобразил восторг,  обнял жену и понял, что все изменилось навсегда. Это тревожное и непонятное чувство.

Почти целую неделю я ждал страшных перемен и по утрам думал о том, что же теперь будет. Пытался почувствовать себя отцом, но не чувствовал. Потом ехал на работу и уже ни о чем не думал. Потом с удивлением понял, что перемен никаких нет. Выдохнул.

Спустя месяц я успокоился, удостоверившись, что перемен точно нет, совсем нет, и тут перемены начались. По утрам она бежала в туалет, и оттуда доносились ужасающие звуки. Первые несколько раз я хотел вызвать скорую помощь, потом научился спокойно убегать на балкон и курить.

Разговоры о будущем ребенке я умело поддерживал, или мне казалось, что умело. Я понял, что должен успокаивать, все время обнимать и вообще говорить как можно больше ничего не значащих слов. Я прекрасно справлялся с этой ролью и, видимо, все шло хорошо. Но внутреннее напряжение нарастало.

Потом меня стали по очереди то любить, то ненавидеть. Без особых на то причин. Я прочитал умные статьи и узнал, что виноваты гормоны. Что с мозгом у нее сейчас неладно, и это он заставляет ее передумывать по сто раз в день, плакать, ломать мебель, дарить мне воздушные шарики, ничего не помнить, шептать, что я лучший в мире котик и ту же посылать меня же семиэтажным матом. Особенно впечатлила истерика из-за рассыпанных семечек. Если бы я знал, что во время беременности она начнет грызть семечки, я бы передумал насчет беременности.

Секс! Это отдельная тема. Вначале ты радуешься тому, что ничего не изменилось. Потом ты радуешься тому, что изменилось. Потом ты радуешься, но напрягаешься из-за того, что все так круто изменилось. Потом ты не радуешься тому, что изменилось. Потом ты вообще уже не радуешься…

За короткое время ты узнаешь столько всего, будто получил очередное образование. Например, что лучше всего рожать в Ницце, что первый зуб ребенка может прорезаться в четыре месяца, что подгузники и памперсы – это одно и то же, что малышу нельзя дома спать в коляске. От этого тебе самому хочется залезть в коляску и там спать.

«Когда ты помоешь окно? Нужно вымыть окно. Пожалуйста, помой окно. Ты же понимаешь, что я не могу сама  мыть окно? Ты когда-нибудь помоешь окно? Ну, я очень прошу тебя, вымой окно! Так, сейчас я прыгну в окно! Ну, может быть, ты все же вымоешь окно? Как, ты еще не вымыл окно? Почему это ночью не моют окно?! А что еще моют ночью, если не окно? Просто вымой окно! Неужели тебе  нравится немытое окно? Вымой окно!!! Почему ты не можешь взять и вымыть окно? Я не могу, когда в подъезде немытое окно! Знаешь… Ты зря мыл окно. Нужно его заменить. …Замени окно! Пожалуйста, замени окно!» Как-то так.

Первое УЗИ!.. Вначале ты везешь ее через весь город, потому что именно там находится врач, к которому обязательно нужно попасть. Ты всю дорогу спокойно слушаешь вопли о том, что вы опаздываете, что вам нужен частный самолет, и успеваешь НЕ задавить бабушку на переходе. Потом вы сидите и ждете лучшего в мире врача. Потом вы еще сидите и ждете лучшего в мире врача. Потом вы снова сидите и ждете лучшего в мире врача. Наконец вы встаете и… продолжаете ждать лучшего в мире врача, подозревая, что вот-вот начнутся роды.  Когда приходит лучший в мире врач, он смотрит на тебя так, будто это ОН от тебя забеременел, причем по залету. Тебя оставляют одиноко сидеть в коридоре, а жену уводят в кабинет. Потом тебя зовут и ты, высунув язык, бежишь смотреть на экране Чудо! Там всё серое, черное и непонятное, а лучший в мире врач умудряется что-то быстро измерять. Жена в это время шепчет про серое, черное и непонятное: «Смотри, какой хорошенький!  Кажется, на тебя похож!» Наконец, ты видишь нечто, отдаленно напоминающее серого головастика, и на этом кино заканчивается. Тебе хорошо от того, что она в восторге.

Однажды ты напиваешься, толком не понимая зачем, но понимая, что тебе очень нужно напиться. Наутро ты не каешься в содеянном, несмотря на то, что проснулся вместе с собакой на коврике в прихожей. Попив из собачьей миски, ты понимаешь, что тебе стало легче, проверяешь, не умерла ли жена, и едешь продолжать отсыпаться на работу. Вечером ты приносишь цветы и молча слушаешь все, что тебе скажут.

Ты повсюду начинаешь видеть беременных женщин. Раньше ты обращал на них внимание раз в год, когда в автобусе тебе грозно кричала старушка: «Уступи место!!!» Теперь беременные встречаются на каждом шагу, и ты сам того не ожидая, им помогаешь: открываешь дверь, подаешь руку, предлагаешь донести пакет, пропускаешь к кассе.

Твоя квартира постепенно обрастает множеством незнакомых предметов. Что-то приносят знакомые, что-то вы покупаете вместе, что-то достает она сама. Для твоих вещей места остается все меньше. Ты чувствуешь, что сам уменьшаешься. И удивляешься, почему младенцу, который сидит в животе, пространства уже сейчас требуется больше, чем тебе.

Тебя раздражает не ее округлившийся живот, отекшие ноги, появившиеся растяжки, а то, что ее саму все это раздражает. Из всего, что вы пережили, внешние изменения – это самое безобидное. Тебя очень раздражает ее нытье и слезы, и несколько раз ты не выдерживаешь и что-то грозно орешь в ответ, чтобы она заткнулась. Но потом тебе ее жалко, и ты понимаешь, что когда ты напился, как последний м…к, ты им не был, а сейчас – да.

Когда живот начинает шевелиться, тебе неожиданно передаются ее восторги. Ты прислушиваешься и разговариваешь с ребенком, который сидит внутри. Ты только тут в этот момент понимаешь, что там внутри, действительно, ребенок, и он твой. Но твои восторги быстро затихают, и становится скучно, а она готова гладить живот и болтать с ним с утра до вчера.

Тебе становится любопытно, как внутри одного человека может сидеть другой человек. В то же время ты радуешься, что ты не являешься в данный момент ни одним из этих людей. И хорошо, что ты не помнишь, как был вторым из них. И прекрасно, что никогда не станешь первым.

Однажды ночью ты просыпаешься от ее громких стонов, вскакиваешь, как ошпаренный, думая, что пора вызывать  медицинский вертолет и везти ее в роддом. Но потом выясняется, что ей просто приснился страшный сон. И ты вспоминаешь, что до родов еще пять месяцев.

… Не буду описывать роды. Я на них побывал. И понял только одно: до этого я ничего не знал про женщин.

 

Назад